Рождество св. Иоанна Крестителя


Праздник этот, подобно дню св. Агриппины, известен в русском народе под именем Ивана Купалы, или просто Иванова дня. Первое из этих названий особенно сильно держится в простонародье. 


Вот как описывают главные черты этого праздника наши старинные памятники. Один из очевидцев его игумен Елеазаровской пустыни Памфил, живший в XVI в., в послании своём к наместнику города Пскова замечает: 


«Егда приходит день Рождества Предтечева, и прежде того, исходят огньницы, мужие и жены чаровницы по лугам, и по болотам и в пустыни и в дубравы, ищущи смертныя отравы на пагубу человеком и скотом; туже и дивия корения копают на потворение мужем своим. Сия вся творят действом диаволим в день Предтечева Рождества, с приговоры сатанинскими. Егда бо приидет праздник, во святую ту нощь мало не весь град возмятется, и в селех возбесятся, в бубны и сопели и гудением струнным, плясканием и плясанием; женам же и девкам и главами киванием, и устнами их неприязнен крик, вся скверныя песни, и хребтом их вихляния, и ногам их скакание и топтание; ту есть мужем и отроком великое падение, мужеско, женско и девичье шептание, блудное им воззрение и женам мужатым осквернение, и девам растление».


В Стоглаве находим такое же известие о празднике Купалы. Здесь, между прочим, замечается, что в это время мужчины и женщины ходили ночью по домам и улицам, забавлялись бесстыдными играми, пели сатанинские песни и плясали под гусли. По прошествии ночи с великим криком все отправлялись в рощи и омывались в реке «как бешеные». 


Подобное говорит в своем Синопсисе архимандрит Киево-Печерского монастыря Иннокентий Гизель. В его время, в навечерие праздника Рождества Иоанна Предтечи, следующим образом отправляли праздник Купалы: 


«В навечерие Рождества св. Иоанна Предтечи собравшиеся ввечеру юноши мужеска и девическа и женска полу соплетают себе венцы от зелия некоего, и возлагают на главы и опоясуются ими. Еще же на том бесовском игралищи кладут огонь, и окрест его, вземшеся за руце, нечестиво ходят и скачут, и песни поют, сквернаго Купала часто повторяюще и чрез огонь прескачуще, самих себе тому бесу Купалу в жертву приносят».



Празднование Ивана Купалы в Малороссии. Гравюра XIX в.


Таким образом, из этих обрядов праздника Купалы нельзя не видеть, что он был для наших предков каким-то великим днём очищения огнём и водой и вместе с тем служил праздником летнего солнцестояния, когда обыкновенно природа действует с особенною всеоживляющею и всевозбуждающею силою. 


Что именно древнерусский Купала был праздником очистительным, в доказательство на это достаточно только вспомнить, что вообще у многих народов древности огонь почитался высшею очистительною стихией и на поклонении ему даже основывались целые религии. Известно, например, что князья наши могли являться пред лицо татарских ханов, только проходя предварительно огненные костры. 


На востоке Трульским собором, правилом 65-м осуждён державшийся между христианами языческий обычай очищаться огнём. «В новомесячия, возжигания некоторыми пред своими домами костров, чрез кои, по некоему старинному обычаю, безумно скачут, повелеваем отныне упразднити. По сему аще кто учинит что-либо таковое: то клирик да будет извержен, а мирянин да будет отлучен».


Равным образом и омовение водою постоянно и у всех почти древних народов признавалось действием очищения; даже в нашей церкви погружение крещаемого в воду знаменует видимым образом очищение его от первородного и других грехов. 


Нельзя также сомневаться в том, что наши предки с праздником Купалы соединяли мысль о летнем солнцеповороте. Известно, что дохристианский русский праздник Купала совершался в самое время летнего солнцестояния, когда солнце достигает самого высокого и крайне сильного влияния на землю, после чего оно начинает свой поворот на зиму. На этом основании предки наши считали даже церковный праздник Рождества Иоанна Предтечи собственно началом лета.


Так, например, в одном древнем сборнике относительно дня св. Иоанна Предтечи читаем: «Месяца иуния — в 24-й день (здесь и далее по старому стилю) Рождество Честнаго и славнаго Пророка и Предтечи Крестителя Господня Иоанна, отселе начинается лето». Или же в другом подобном рукописном сочинении замечается: «Лето, второе время года, июня от 24 числа». 


Естественно отсюда, что при совпадении древнего праздника Купалы с днём св. Предтечи Иоанна оба эти празднества в понятии народном могли очень легко смешаться между собою, тем паче, что в истории св. Иоанна Крестителя в этом случае предки наши могли найти некоторые случайные черты, которые именно всегда могли подать повод к такому смешению. 


Самое имя Купалы от глагола купать — погружать в воду, омывать тело, делать его чистым (отсюда купель) — возбуждает мысль о св. Иоанне Крестителе. В простонародье Гродненской губернии, в Брестском уезде, слово «купально» употребляется в смысле очищения. Потому о самом св. Иоанне Предтече, крестившем Христа в Иордани, попросту нередко говорят в народных песнях, что он «купал Христа».


Вместе с тем к Иоанну Крестителю предки наши приурочивали и крещение другого рода, именно огненное; так по крайней мере, Нарбут говорит это о славянах — руссах. В этом случае могло иметь немалое значений то обстоятельство, что в церковно-богослужебных книгах наших св. Иоанну Крестителю постоянно придаются названия света, звезды, предшествующей солнцу, т. е. Иисусу Христу. 


В одной утренней стихире на день Рождества св. Иоанна Крестителя читаем: «Иже пред солнцем текшаго Христом Богом нашим, Иоанна славнаго яко звезду предтечеву». В самом Евангелии Иоанн Креститель называется светильником «иже бе светя и горя». В одной из церковных песен он величается предтечею солнцу правды, светильником света, денницей солнца. Наши благочестивые книжники Древней Руси очень часто называли Иоанна Крестителя пресветлым солнцем. 


Так, в древней повести о девицах смоленских читаем: множество жен и дев стеклись на бесовское сборище, в нощь, в которую родился пресветлое солнце Иоанн Креститель. Западные богословы средних веков также представляли Иоанна Предтечу под образом света — Lumen et lucerna, предшествовавшего солнцу.



При таких образных представлениях св. Иоанна Крестителя наши предки по своему недальнему умственному развитию легко могли видеть в этом святом угоднике предтечу вещественного солнца на его поворотном пути к зиме. Недаром поэтому простолюдины и доселе думают и твёрдо убеждены в том, что в день Предтечи Иоанна солнце выезжает из своего чертога на трёх конях, серебряном, золотом и бриллиантовом, навстречу месяцу. 


Таким образом, в представлении народном совершенно незаметно празднество древнерусского Купалы слилось с праздником христианским в честь св. Иоанна Крестителя и последний необходимо сделался представителем и покровителем всего, что прежде усвоялось языческому Купале. 


Поэтому-то предки наши, сохранив верования и обычаи древнего Купалы, соединили их с днём и именем св. Иоанна Крестителя. 
 

В старину верили, что Рождество Иоанна Крестителя придаёт нужные свойства или силы травам и цветам, и потому, согласно с народным обычаем и верованием, на Рождество Иоанна Предтечи запасались разными травами и цветами. 


Так, царь Алексей Михайлович в 1657 г. писал к московскому ловчему стольнику Матюшкину: «Которые волости у тебя в конюшенном приказе ведомы, и ты б велел тех волостей крестьянам и бобылям на рождество Иоанна Предтечи, июня в 23-й день, набрать цвету серебориннаго, да трав империновой да мятной с цветом и дятлю и дятельнаго корня, по 5 пудов». 


В Румянцевском сборнике 1754 г. читаем: «В Ивановскую ночь кладов стерегут, и на травах парятся в банях, и травы рвут, и коренья копают, еще березки подвязывают, ветви сплетают, да жив будет того лета человек». Надобно заметить, что день Иоанна Крестителя в средние века и во всей Европе сопровождался подобными нашим обрядами. 


В древнерусских травниках читаем самые подробные описания целебных трав, кореньев и цветов, и собирание их приурочивается к Иванову дню или Ивановой ночи. Например, о папоротнике в одном травнике сказано: «Есть та черная папорть, растет в лесах, в лугах, ростом в аршин и выше стебель, а на стебле маленькие листочки, а с испода большие листы... а цветет он накануне Иванова дня в полночь... Тот цвет очень надобен, если кто хочет богат и мудр быти. А брать тот цвет не просто, с надобностями: в Иванову ночь идти к тому месту, где растет трава напороть, и, очертясь кругом, говорить: талан Божий суд твой, да воскреснет Бог». 


На том же основании и ныне, хотя самое представление о древнеязыческом Купале давно вышло из памяти народной, наши простолюдины св. Иоанна Крестителя называют Лопуховатым и при этом твёрдо держатся верованья в целебную силу купальных трав и кореньев. 


В северо-западной Руси 24 июня поселяне имели обычай приносить в церковь к обедне для освящения огромные венки и пуки зелени, и всё это потом употребляется против наваждения нечистой силы, против переполоху и т. п. 


В Малороссии праздник Рождества Иоанна Предтечи называется в народе попросту Иваном Гулящим, как видно, оттого, что день этот исстари проводится с разного рода народными удовольствиями, забавами и развлечениями.

 


© И.П.Калинский «Церковно-народный месяцеслов»

 

 

Опубликована: 07.07.2014
Просмотров 1082


Оценка(9)
Оценить статью:  

Комментарии

Гости не могут добавлять комментарии, войдите или зарегистрируйтесь.