Рождество Христово и колядки

Автор: Наталия Василик

Наблюдая предновогоднюю суету, лихорадочную закупку новогодних атрибутов и подарков, горы продуктов на тележках в супермаркетах, я всё больше задавалась вопросом, почему все так старательно готовятся к Новому году? Может, каждый свято верит в распространённую прибаутку – как встретишь Новый год, так и проведёшь! 

А может, большинство  следует общепринятой традиции – в полночь с шампанским, незаменимым оливье и громкими салютами веселиться, поздравляя друг друга, смотреть новогоднее шоу по телевизору  и бродить до утра по гостям и ночным улицам.  Как правило, гуляния и поздравления ещё не утихнут ближайшие два дня, и создаётся впечатление, что всю страну поразил вирус беззаботного счастья, вплоть  до полного пресыщения весельем.


И в то же время к Рождеству Христову большинство людей готовится гораздо скромнее, ограничиваясь только простым  ужином в семейном кругу, вкушением традиционной кутьи и, в  лучшем случае, посещением праздничного богослужения. На следующий день не остаётся почти никакого воспоминания о празднике,  и после недельного отдыха все готовятся к рабочим будням.

 Да, Рождество Христово в городе проходит незаметно, без ощущения радости праздника, недаром все стремятся попасть на этот период к родным в деревню, а у нас – желательно в Западную Украину.  

В этом году я не смогла поехать домой, в посёлок на Рождество, поэтому согревала душу детскими воспоминаниями. Наверное, только в детстве мы воспринимаем мир просто и доверчиво, без ожидания какого-нибудь подвоха или неприятности. Поэтому, когда я уже ходила во второй класс, однажды отец начал разговор с матерью о церковном богослужении на Рождество. Я очень удивилась их серьёзному тону. Ведь совсем недавно нам в школе читали рассказ о том, как священник в церкви обманывал людей и присоединял к иконам трубочки, по которым он потом пускал воду, имитируя слёзы. Так как люди раньше не умели читать, не было телевизора, то их обмануть было легко. Но мои родители — отец врач, а мама учитель, как они могли не знать всей правды? 

Серьёзность моего тона в свою очередь шокировала родителей не меньше, очевидно, неожиданным было видеть результат  типично советского воспитания на своих детях. Но по-другому и быть не могло. Ведь родители, хотя и сами выросли в верующих семьях, тем не менее, никакого религиозного воспитания в своей семье не проводили, в церковь тоже не ходили, да и икон дома не было. Конечно, они сами оставались верующими, и нас троих детей крестили тайком в младенчестве, но боялись, ведь тогда за религию могли лишить не только работы, но и отправить в места отдалённые. Мама сразу пыталась мне объяснить, что Бог есть и это не выдумка. Но я ей не верила, ведь эта картина с трубочками от икон глубоко засела в моей голове. 

И только дедушка Михаил, к которому мы иногда приезжали по воскресеньям в гости (жил он в соседнем районе), важно постукивая палочкой, возвращаясь с церкви, вызывал у меня живой интерес. Особенно, когда немного отдохнув, он доставал потрёпанную старенькую книжечку и принимался читать «пацьор» (так я и не смогла понять, откуда произошло это название). Незнакомые слова молитв  завораживали,  некоторые я понимала, но в большинстве их смысл оставался тайной. 

Тайна исходила ещё и от больших икон, которые висели на стене, украшенные вышитыми рушниками. Особенно мне нравилась Богородица с взглядом, полным скорби, она руками прикрывала пронзённое мечом сердце. Когда никого не было в комнате, я незаметно пробиралась сюда и долго смотрела на эту икону.

 Дед рассказал, что икона старинная, её ещё мой прадед привёз из Святой земли, из Иерусалима. Все эти слова звучали необычно – Пресвятая Богородица с раненным сердцем, Святая земля Иерусалим, где родился Бог в пещере, святые слова молитв, которые дед читал, сидя возле печки, а Бог слышал высоко в небе. Вот деду я верила, хоть он и закончил всего 4 класса, не учился в  институте, а всю жизнь проработал в колхозе, но он жил с этой верой, она была его частью. Он не боялся ходить в церковь, он постоянно молился и не стеснялся перекреститься, всё отдавал на волю Божью. И во мне тогда проснулось уважение ко всему, что дед делал. Ему я не рассказала школьную историю о священнике с плачущими иконами, боялась, что он огорчится, и мне было стыдно, что и я поверила обману.  

Ещё помню бабушку Параскеву по маминой линии, она жила далеко от нас, да ещё в труднодоступном для транспорта месте – её деревня находилась в долине среди лесов, так что в случае дождя уже никакая машина в гору не выедет. Местные жители с гордостью вспоминают, что даже немцы во время войны из-за плохой дороги не заходили в деревню. 

Период Рождества у бабушки мне запомнился огромным столом, на который укладывали толстым слоем душистое сено и накрывали белой скатертью. Поэтому все тарелки и стаканы за праздничным столом словно утопали в белой перине, и мягкое сено тихо шуршало у всех под руками. Меня, как самую младшую в семье, заставляли залазить под стол и кудахтать да мычать, чтоб неслись хорошо куры в следующем году и плодилась скотина. Потом мы с бабушкой, прихватив мисочку с кутьей и хлебом, обходили всех животных – угощали Булана в будке, курочек, свинку и коровку в хлеву. 

Хочу сказать, что бабушка прожила очень трудную жизнь: из-за Советской власти, лишившей её мужа и всех средств к существованию (землю, лес, домашних животных забрали в колхоз), она осталась с пятью маленькими детьми на руках. Всё время приходилось выживать на грани голодной смерти, варили похлёбку из свекольной ботвы и травы пирея, а хлеба не вкушали неделями. 

Но, как бы тяжело не было, в доме всегда были животные – то дети принесли маленькую собачку, то кролик жил в комнате, вырывая в земляном полу огромные норы, то подстрелённая сойка, сделавшись ручной, смешно кричала и садилась всем на плечи. Поэтому бабушка очень бережно относилась к хлебу, как к святыне, и ещё всегда переживала, чтоб никто не остался голодным.


 Особое отношение у неё было и к животным. Она говорила, что они твари небесные, но подневольные и ничего сказать не умеют, даже и прокормиться сами не могут, а ждут милости от человека. Поэтому, раздавая в Святой вечер кутью  животным, бабушка мне рассказывала, что они за свою покорность и кротость первыми увидели маленького Спасителя, который родился не в доме, а среди животных на сене. На двери хлева и над будкой Булана бабушка свечой выжигала маленький крестик и просила им милости Божьей, чтоб всем дожить до следующего Рождества.


А впервые колядников я увидела у деда на Рождество Христово. Когда мы вечером сидели за столом, залаял Барсик, дед вышел и вернулся с незнакомыми детками. Дети были одеты по-разному: у троих на головах были короны, один стоял с большой сверкающей звездой, рядом с ним  мальчик держал полуоткрытую  коробку с фигурками людей и животных, которые начинали двигаться по кругу от прокручивания боковой ручки. Ещё было несколько девочек, мальчики-пастушки, Ирод, ангел с белыми крыльями на спине, а сзади пряталась смерть с косой. Дети начали петь:

Небо і земля, небо і земля, нині торжествують,
 Ангели, люди, ангели, люди весело празднують.
Христос родився, Бог воплотився,
 Ангели співають, Царіє витають,
 Поклін віддають, пастиріє грають,
 "Чудо, чудо!" повідають.



Все слушали, затаив дыхание. После колядки перед нами разыгралась сценка Рождества – сначала мальчик со звездой предвозвестил рождение Спасителя, следом  три царя с Востока рассказали о своём долгом пути, потом ангел поведал пастушкам о рождении Богомладенца,  пастушки рассказали всем о Пречистой Деве, Иосифе и маленьком Иисусе в вертепе. Появился злой Ирод, намереваясь убить Спасителя. Размахивая косой, выбежала Смерть, погубившая младенцев в Вифлееме, её прогнал ангел, потом впереди всех вышел мальчик с вертепом и дети снова запели:

У Вифлиємі нині новина,
Пречиста Діва родила сина
В яслах сповитий поміж бидляти
Спочив на сіні Бог необ’ятий.

Все за столом стали подпевать детям, и я видела, что у многих взрослых на глазах заблестели слёзы. Мне тоже очень понравилось, а дед, словно читая мысли, предложил мне присоединиться к детям. Я снова застеснялась и с детьми не пошла, но твёрдо решила организовать такую коляду со своими друзьями дома.  Ребят угостили яблоками, конфетами, печеньем,  и с большой неохотой отпустили. 


Потом дед рассказывал, как он носил маленького отца, завёрнутого в кожух,  по большим сугробам, и у каждого дома ждал, пока тот споёт колядки, чтоб потом нести дальше.  Удивительным и почти невозможным мне было тогда представить строгого отца маленьким мальчиком, поющим в ночи среди сугробов колядки. Но, я видела, как он вот недавно подпевал детям, и  мне стало так тепло на душе – теперь я была уверена, что это что-то невидимое, но такое важное есть и в отце, и оно ему точно от деда досталось! ;-)

Прошло несколько лет, прежде чем осуществилась моя мечта. В начале 90-х многое поменялось, уже учителя не препятствовали ученикам ходить в церковь, а сами стояли на литургии. Даже учитель истории, который срывал с моего соседа крестик и топтал ногами, стоял позади всех, низко склоня голову. В классе мы активно обменивались колядками, многие записывали их дома под диктовку бабушек и дедушек. В школе организовали детский хор, который готовил рождественское театрализованное выступление. 

На представление в актовый зал школы сошлись почти все жители посёлка. Почти все старенькие люди плакали, но плакали с улыбкой, слушая, как поют их внуки, как оживают под детскими голосами воспоминания из прошлой жизни. Я тоже ходила на репетиции и пела в детском хоре. Помню,  тогда меня сильно потрясли слова из одной старинной колядки. Там повествовалось, как Богородица по миру  ходила и просилась к богатому переночевать:

– Пане господарю, переночуй мене,
 Бо темная нічка, бо темненька нічка  находить на мене.
 А той пан господар не хтів ночувати,
 Сказав своїм слугам, сказав своїм слугам собаками гнати.
 А тії собаки як ся налякали –
 Перед Матір Божов, перед Матір Божов на колінця впали.
(«Темненькая нічка»)

Мое детское представление рисовало коленопреклонённых собак на снегу перед Богородицей. Наверное, даже злой соседский пёс, который всегда бросается со страшным рыком на забор, увидев прохожего, и тот непременно опустился б на колени перед Богоматерью. За этими простыми словами скрывалось что-то неземное, святое, проходящее сквозь время и пространство, ведь даже собаки смогли это почувствовать.


Дома с мамой на Рождество мы всегда с особой радостью варили кутью. Для неё брали обычное зерно, которым кормили курочек , тщательно перебирали и толкли в ступке. Потом замачивали на несколько часов и варили к вечеру Рождества. Готовили ещё много постных блюд, но ничто не могло сравниться с запахом варёной пшеницы, казалось, что в нём смешались аромат налитых солнцем колосков, разнотравье лесной опушки, запах мокрой травы и медовый привкус лугов. Такая кутья получается только на Рождество Христово. А потом добавляем перетёртый мак, запаренный изюм и мёд . Готовим всегда с запасом – ведь должны все попробовать, гостей надо угостить, оставить на столе для умерших, да и животных не забыть порадовать. 

Теперь мы с мамой вечером обходим наше хозяйство, раздаем кутью и хлеб, я рисую свечкой крестики на дверях, а иногда приклеиваю  сделанный из соломы крестик. Разговаривая с животными,  мне мама очень бабушку напоминает, и я уже знаю, что и у нас всегда будет дома на Рождество стол с душистым сеном под скатертью и что в маме теперь живёт то вечное, которое бабушка нам передала.  Теперь с мамой я разучиваю колядки, и она словами бабушки расскажет о Спасителе, который родился на сене среди животных, согревающих его своим дыханием. 


А вечером  со всех сторон посёлка будут доноситься колядки. И я с друзьями, нарядившись  в яркие самодельные костюмы, и с вертепом принесём радость Рождества в каждый дом! Конечно, родственников, знакомых и друзей посещаем  первыми :-)!!! . Будет очень весело, так как каждый хозяин нас радушно встречает, а сценки в каждом доме получаются  эксклюзивными (конечно, мы чётко передаем основную идею праздника, но когда в двадцать пятый раз на пороге дома падает жид (так задумано по сценарию) и стонет  уже очень правдоподобно, когда рогатая коза бодает доверчивого хозяина в кругленький живот или, в очередной раз, достаются  тумаки чертям и Ироду – смеяться будут  все от младенца до прапрадедушки!!!). 

Еще целую неделю, до самого Старого Нового года будет петь весь посёлок, в каждый дом принесут  дети и взрослые весть о рождении Спасителя. И в этой радости каждый ощутит что-то своё самое важное, которое передалось нам от родителей, то,  о чём светит заря в Святую ночь и приносит в мир Богомладенец, рождённый в яслях на сене.





Опубликована: 15.01.2013
Просмотров 2718


Оценка(21)
Оценить статью:  

Комментарии

Гости не могут добавлять комментарии, войдите или зарегистрируйтесь.